Цветовая схема:
C C C C
Шрифт
Arial Times New Roman
Размер шрифта
A A A
Кернинг
1 2 3
Изображения:
  • 352330, г. Усть-Лабинск, ул. Ленина, 38
  • +7 (86135) 4-19-11
  • adm_yst@mail.ru

Новости

Исторический очерк "Основатели Усть-Лабинска"

16.11.2020

Количество просмотров: 195

Предисловие.

Написание очерка об основателях Усть-Лабинска является очень важным делом для нас – жителей современного города, и, особенно, для молодых поколений.

У каждой семьи есть родословная, восходящая к истокам жизни наших далёких предков.  Такая же родословная (история основания, заселения и развития) имеется и у нашего небольшого степного городка.

Начало этой родословной, на мой взгляд, необходимо разделить на два периода:

1.                 От построения Кубанской оборонительной линии под    руководством командующего Кубанским корпусом генерал-поручика А.В. Суворова (1778 г.) до разгрома ногайцев (1783 г.).

Этот период можно назвать подготовительным.

2.                 От построения Усть-Лабинской крепости в 1793 году генерал-аншефом И.В. Гудовичем и заселением станицы Усть-Лабинской в 1794 году до середины XIX века, когда на землю Усть-Лабинскую стали переселять жителей губерний Новороссии. 

Таким образом, эти два этапа стали началом родословной нашего УстьЛабинска. 


Почему необходимо считать А.В. Суворова одним из      основателей Усть-Лабинска?

 

Правобережье реки Кубани – дикая первозданная лесостепь на протяжении тысячи лет не была заселена человеком. Исключением можно считать период протяжённостью около 800 лет, когда в этих местах жили оседло меоты и сарматы (VI век до н.э. – II век н.э.).

И только в конце 18 века Россия в войне с Турцией начала закреплять свою южную границу по правобережью реки Кубани.

В ноябре 1777 года командующим Кубанским корпусом был назначен генерал-поручик Александр Васильевич Суворов.

«..Его деятельность на Северо–Западном Кавказе явилась новым свидетельством военно–инженерных и дипломатических способностей выдающегося русского полководца. Перед ним стоял ряд сложных задач: продолжение строительства Азово–Моздокской линии от р. Ташлы к Азову, предотвращение набегов и вторжений на Правобережную Кубань со стороны

горцев и турок, создание необходимых условий для возможного отделения Кубани от Крыма и прекращение волнений среди ногайцев.

16 января 1778 г. А. В. Суворов прибыл в Копыл (ныне г. Славянск–на– Кубани). Прежде всего, он осмотрел местность. Чтобы пресечь внезапные нападения противника, Суворов приказал выжечь камыши и поставить наблюдательные посты по Кубани. Посетив Темрюк, Тамань и осмотрев устье реки, он пришел к выводу, что лучшим средством изолирования ногайцев от турок и предупреждения их совместных действий с адыгскими феодалами является система фортификационных укреплений.

А. В. Суворов предложил верховному командованию перенести западную часть Азово–Моздокской линии на р. Кубань, соединить новые укрепления с ранее построенными в районе р. Ташлы, укрепить Таманский полуостров со стороны Керченского пролива. Дальновидный политик понимал, что рано или поздно кубанские укрепления станут пограничным форпостом России на Северо–Западном Кавказе и могут сыграть большую роль в деле присоединения Прикубанья к России. Получив согласие командования, Суворов приступил к созданию кордонной линии. Планировалось построить

10 крепостей, 10 постоянных редутов и 8 фельдшанцев. Командир корпуса лично наметил места постройки укреплений и взял на себя общее руководство строительством. Он спроектировал линию из двух рубежей по принципу обороны направлений. На первом рубеже располагались крепости с гарнизоном в две роты, а также редуты и фельдшанцы, имевшие по роте и меньше. Второй рубеж отстоял от первого на 25–30 км, представляя собой резерв. К марту 1778 г. были построены Таманская, Благовещенская

(Славянск-на-Кубани), Екатерининская (ниже ст. Марьянской), Марьянская

(западнее Краснодара), Новотроицкая (между ст. Воронежской и Старокорсунской), Александровская (Усть–Лабинск) крепости. В конце марта была заложена последняя крепость — Павловская (в районе ст. Кавказской).

Кроме этого было построено 18 фельдшанцев и редутов. Вся линия имела протяженность 540 верст. Менее чем за 3,5 месяца «крепости и фельдшанцы по Кубани», как доносил А. В. Суворов П. А. Румянцеву, «построились… с неожиданным успехом». А между тем их строительство шло в обстановке частых вооруженных нападений закубанцев.

Нельзя забывать и о том, что строительство велось зимой, в сложных климатических условиях.

Все построенные крепости были вооружены полковой артиллерией, вокруг них возвышались земляные валы, опоясываемые глубокими рвами. В период создания Кубанской оборонительной линии А. В. Суворов показал себя как талантливый военачальник, расчетливый военный инженер. Во–первых, он рационально распределил войска по линии, не допустив излишнего раздробления сил, во–вторых, организовал обучение войск применительно к местным условиям. Повсюду Суворов возил с собой кожаный сундучок с чертежными принадлежностями, к помощи которых он часто прибегал. Сохранилась составленная великим полководцем карта Кубанской линии 1778 г. 17 апреля 1778 г. Суворов сдал командование Кубанским корпусом кн. Одоевскому, оставив край «в полной тишине и в удовольственном упражнении ногайцев хлебопашеством и иной домашней экономии» (6.6.). 

Кубанский историк Виктор Александрович Соловьёв (1925-2013) пишет в краевой газете "Кубанский курьер"  за 20 марта 1993 года обширную статью  о крепости Усть-Лабинской, в составе статьи описывается кратко и строительство крепости Александровской в марте 1778 года.

Приводим отрывок  из вышеназванной статьи о строительстве А.В. Суворовым крепости Александровской в 1778 году:

" ...И так, возвратимся в один из дней начала весны 1778 года, когда строительный отряд во главе с А.В. Суворовым после окончания строительства фельдшанца  Гавриловского остановился лагерем на возвышенности, нависшей над широкой лощиной, плавно спускавшейся к берегу Кубани (сегодня это начало улицы Гагарина (авт.).

Это место по определению Суворова, вполне подходило под строительства очередного укрепления: дрова - в лесу, росшем в лощине, вода - в реке, в степи подножный корм для лошадок и порционного скота… Да и сама местность была здоровой.

В плане укрепление выглядело неправильным многоугольником со сложным профилем (фото 3 ). На линии оборонительных сооружений возвышались три полных бастиона и один полубастион. Спускающаяся к реке небольшая лощина, по которой должны были солдаты ходить к Кубани брать воду и поить лошадок, прикрывалась тремя траверзами, сделанными из двойного плетня, с земляной засыпкой.

Кроме вала с турами и выкопанного перед ним оборонительного рва, по дну которого стоял палисад из острозатёсанных брёвен, укрепление прикрывалось с поля тройной цепью волчьих ям, укрытых камышом и ещё одного рва. Ворота были в восточной части, перед которыми солдаты построили через ров подъёмный мост..." [6.7].

Крепость Александровская была действующей всего два года (1778-1779).

 Суворов смог выделить в гарнизон Александровской крепости всего две роты: роту пехотного полка и роту мушкетёров Алексеевского полка, а также три пушки. 

Первоисточник плана крепости приведён из архива М.И. Петренко, находящегося в Усть-Лабинском историко-краеведческом музее. Пояснения в цветных надписях даны краеведом Савенко С.М. 

Как мы видим, на плане размеры основного крепостного укрепления составили неправильный квадрат размером 85х85 саженей (1 сажень равна 2.134 м), это 181х181 метр.

В центре этой территории в 1778 году была небольшая (около160м) и неглубокая лощина,  выходивший устьем к реке Кубани. На этом участке река делала крутой изгиб (излучину). В крепости было три бастиона и один полубастион (на плане цифры 1-3).

С северо-востока к основной территории крепости примыкало небольшое укрепление с волчьими ямами, на дне которых был ряд острозатёсанных кольев, которые были замаскированы камышом и присыпаны землёй.

На плане рукой Суворова написано: «Александровская крепость расположена вверх по Кубани от Гавриловского фельдшанца 27 вёрст» и подпись Суворова. Профили по линиям А-Б и С-Д показаны на плане, но разобрать величину  масштаба сложно (необходимо смотреть не копию плана, а оригинал, авт.). Надписи, куда ведут дороги в степь разобрать сложно, но можно. Оригинал плана Александровской крепости находится в архивах Военного ведомства России в городах Москвы и Санкт-Петербурга.

Второй раз А.В. Суворов побывал с войском на месте будущего УстьЛабинска 3-7 октября 1783 года, когда войска отдыхали после сражения с ногайской конницей Тав-Султана в урочище Керменчик на р. Лабе ( 6.4.).

24 ноября 2020 года исполняется 290 лет со дня рождения великого русского полководца Александра Васильевича Суворова.

В нашем городе Усть-Лабинске бережно хранят память о полководце: его именем названа улица Суворова, разрезающая территорию Усть-Лабинской крепости на две части; средняя школа № 1 с 2013 года носит имя великого полководца; памятники ему расположены в сквере, напротив здания администрации и во дворе школы № 1; его имя носит населённый пункт село Суворовское, Усть-Лабинского района.

3. Генерал-аншеф И.В. Гудович – руководитель строительством      Усть-Лабинской крепости (1792-1793 г.г.. Заселение станицы      Усть-Лабинской в 1794 году.

О  Суворове А.В. жители города Усть-Лабинска знают достаточно. А о генерале-аншефе Иване Васильевиче Гудовиче почти ничего. Этот пробел я постараюсь заполнить в этом очерке.

Гудович Иван Васильевич

Российский военный деятель. Генерал-фельдмаршал.

Московский главнокомандующий и управляющий по гражданской части (20.08.1809- 24.05.1812).

Иван Гудович родился в 1741 году в селе Старые Ивайтенки, Брянская область. Происходил из дворянского рода, являлся сыном Василия Андреевича Гудовича, служившего малороссийским генеральным подскарбием, а после упразднения гетманства переименованного в тайные советники. Учился в Кенигсбергском и Лейпцигском университетах.

   Службу Гудович начал в 1759 году прапорщиком Инженерного корпуса, затем флигель-адъютант начальника оружейной канцелярии Петра Шувалова. В короткое царствование императора Петра III сделал стремительную карьеру благодаря помощи своего брата Андрея Васильевича Гудовича, ставшего одним из наиболее приближенных к императору офицеров. 

В 1761 году Иван Гудович назначен генеральс-адъютантом дяди императора генерал-фельдмаршала принца Георга Шлезвиг-Голштинского. После прихода к власти Екатерины II арестован, но через три недели освобожден и вскоре получил повышение. С 1763 года являлся командиром Астраханского пехотного полка, с которым отправился в Польшу, чтобы обеспечить избрание королем русского ставленника Станислава Понятовского. 

Иван Васильевич впервые принял участие в боевых действиях в русско-турецкой войне 1768-1774 годов. Отличился в сражении под Хотином, Ларгском, Кагульском сражении. Командуя отдельным отрядом в Валахии, разбил войска сераскира и занял Бухарест. Затем командовал колонной в штурмах Журжи, разбил турок при Одалунах. В 1772 году тяжело заболел и покинул армию, но через два года, в 1774 году вернулся в строй и принял участие в завершающих сражениях войны на Дунае.

     После заключения Кючук-Кайнарджийского мира в 1774 году Иван Гудович назначен командующим дивизией в районе Очакова и на реке Южный Буг, затем в Херсоне.  С 1785 года являлся генерал губернатором рязанского и тамбовского наместничеств. Одновременно занимал должность инспектора армии по инфантерии и кавалерии.

     В русско-турецкую войну 1787-1792 годов Гудович по собственной просьбе отправлен в действующую армию, оставаясь наместником, и назначен командующим отдельным корпусом. Во главе его овладел укреплениями Хаджибея и крепостью Килия. Затем с 12 ноября 1790 года являлся командующим Кубанским корпусом и начальником Кавказской линии. С семитысячным отрядом штурмом взял Анапу, которую защищал пятнадцатитысячный турецкий гарнизон. При нем к России присоединены территории Тарковского шамхальства и Дербентского ханства. Построены крепости Усть-Лабинская, Кавказская, Шелководская. Участвовал в подавлении Есауловского бунта на Дону.

     В 1796 году, после того как граф Валериан Зубов назначен командующим войсками, предназначенными для похода в Персию, Иван Гудович подал в отставку, посчитав себя обойденным по службе. Вместо отставки ему дано увольнение на два года, при этом императрица дала ему 1800 крепостных в Подольской губернии. По вступлении на престол Павла I получил назначение на место Зубова, а при коронации Павла произведен в графское достоинство.

     С 1798 года Иван Васильевич Гудович занимал пост военного губернатора, сначала - киевский, затем - подольский. В 1799 году стал главнокомандующим армией, предназначенной для действий на Рейне. Однако уже в июле 1800 года за критику военной реформы уволен в отставку. В 1806 году возвращен на службу и назначен главнокомандующим войсками в Грузии и Дагестане, принял энергичные меры по прекращению чумы на Кавказе.

     В русско-турецкую войну 1806-1812 годов Иван Гудович одержал победу над турецкими войсками сераскира Юсуф-паши в битве близ крепости Гумры на реке Арпачай, за которую был произведен в генерал-фельдмаршалы. После неудачного штурма Эривани отвел войска в Грузию. Тяжелая болезнь вынудила генерала оставить Кавказ.

 С 1809 года Гудович являлся главнокомандующим в Москве. Параллельно в 1810 году стал членом Государственного совета и сенатором. За месяц до вторжения французов в 1812 году уволен в отставку по состоянию здоровья. Последние годы своей долгой жизни провел в подольском имении Чечельнике, развлекаясь музицированием и охотой.

     Скончался граф Иван Васильевич Гудович 22 января 1820 года. Завещал похоронить себя в Софийском соборе в Киеве, однако его останки перенесены в Успенский собор Киево-Печерской лавры. После того, как Успенский собор в 1941 году взорван, могила утрачена.

(РИА «Руспех». Электронное периодическое издание: Российское информационное агентство Руспех). 

С  12 ноября 1790 года И.В. Гудович являлся командующим Кубанским корпусом и начальником Кавказской линии.

В период с 1792 по 1793 г.г. И.В. Гудович руководил строительством УстьЛабинской крепости. Остатки крепостных валов и бастионы № 2,5 и 6 сохранились в рельефе  до сегодняшнего дня. 

Ниже приводятся сведения из интернет-портала «Вольная Станица»:

«..Особенное значение Гудович придавал Усть-Лабинской и Кавказской крепостям, как главным оплотам против набегов горцев. Последняя, как расположенная в крайнем пункте излучины Кубани, должна была закрывать правый фланг Кубанской Линии и преградить главную, наиболее

проторенную дорогу, по которой направлялись горцы в набеги. Поэтому, еще 26 июня генерал Булгаков, располагавший тремя мушкатерскими и одним драгунским полками, назначил отряд для заготовления леса на казармы.                      

К этому числу заготовлено уже было 1200 бревен и 500 деревянных лопат. 9 июля прибыл сюда инженер майор Грызлов и приступил к планировке Кавказской крепости на месте бывшей Павловской, которая была построена Суворовым в 1778 году, но в следующем же году была срыта, вследствие заключения мира с Турцией. Знаменитый полководец сразу же нашел наиболее важный пункт для преграждения набегов черкес. И графу Гудовичу оставалось только осуществить это указание проницательного полководца… 6 августа инженер Грызлов представил графу Гудовичу окончательно разработанный план Кавказской крепости и в том же месяце войска 

приступили к вырытию рва и насыпке вала. Когда прибыл из Оренбурга главный инженер генерал Фере, то 8 сентября он нашел работы по сооружению Кавказской крепости в полном ходу и, как он выразился в рапорте графу Гудовичу, «в неожиданном успехе», почему и просил главнокомандующего «великодушно наградить солдат заработанными деньгами». 

Отсюда Фере отправился вниз по Кубани и избрал место для Усть-Лабинской крепости. Постройка крепости велась по всем правилам тогдашнего военноинженерного искусства. Земля для валов просеивалась через грохоты, просеянная земля смачивалась водою, перекладывалась при насыпке на валу кореньями трав и утрамбовывалась ручными колотушками. Уклоны и покатости выравнивались по градусной доске и обрезывались под рейку. Работы вообще велись аккуратно и о ходе их представлялась графу Гудовичу подробная отчетность через каждые 6 дней

 Вопрос об осадном искусстве Казаков выходит на первое место и в связи с историей возвращения ими Кубанского правобережья. Территория вернувшихся на свою историческую Родину Казаков была буквально усеяна расположенными в труднодоступных местах укреплёнными поселениямигородищами. Традиционно считается, крепости, редуты и ретраншементы укреплялись рвом и земляным валом, по гребню которого возвышался бревенчатый частокол. Однако исследование оборонительных сооружений ряда городищ позволили пересмотреть эти взгляды. По моему мнению, "при устройстве оборонительных сооружений максимально использовали особенности рельефа, наличие бродов а также остатки укреплений ранней поры. В то же время это были достаточно сложные искусственные сооружения. 

«  В 1793 году генерал Гудович расширил крепость, оставив в неприкосновенности одну восточную куртину с двумя бастионами да два приречных полубастиона. Гудович возвратил крепости старое название— Усть-Лабинская крепость. Здесь в конце XVIII века была штаб-квартира Суздальского полка, который нес службу по охране границы. Здесь сидели в земляных ямах, ожидая суда, участники Персидского бунта; на плацу крепости их и подвергали жестоким наказаниям перед отправкой в Сибирь». 

   В обширной статье под названием «Усть-Лабинская крепость» краевед и историк Виктор Александрович Соловьёв( 1925-2013) в газете «Кубанский курьер» от 20 марта 1993 года:

«..В плане крепость выглядела полуокружностью, прижатой к крутому берегу

Кубани. Оборонительная линия её валов протяжением 1550 саженей (2,13м Х 1550 саженей= 3302 метра, авт.)  состояла из 6 полных бастионов, с таким же количеством куртин и двух полубастионов.

Куртина (итал. curitne — завеса) — участок крепостной ограды между фланками двух смежных бастионов или между двух башен.

Палисад — препятствие или стена из ряда столбов высотою в несколько метров, врытых или вбитых в землю вплотную или на расстоянии 5 см друг от друга и соединенных между собою для прочности 1 — 2 горизонтальными брусьями. Концы бревен сверху заострены. При сплошной установке пробиваются бойницы для стрельбы. Одно из старейших средств укрепления и усиления земляных валов.

 Территория крепости разделялась на: нагорную и приречную части.

Приречная часть крепости прикрывала забор воды и водопой.

На бастионах стояло 39 пушек, в основном трофейных турецких, взятых в крепости Анапа в 1791 году И.В Гудовичем.

Ворот было двое: Таманские (на западе) и Кавказские (на востоке), перед которыми через ров шириной по верху 50 футов (0,3048 м Х 50 футов=

15, 2 м) и глубиной в 15 футов (0,3048Х 15 футов= 4,57 м), были построены подъёмные мосты. [6.7].

« 6 июня 1793 года в письме графу Николаю Ивановичу Салтыкову Иван Васильевич Гудович сообщает, что успел заложить две новые крепости. Одну при Шелковом заводе, (куда будет приезжать на отдых маленький Михаил Лермонтов), другую на Кубани, в устье реки Лабы. «Она (Усть-Лабинская крепость) защита будет главная всему здешнему краю, прикрывая весь правый фланг Линии, и, находясь в виду самых лучших селений закубанских. Я артиллерию исправлю для оной турецкую, взятую в прошедшую войну и находящуюся на Линии в ненадобных местах, думаю, что наберу до сорока орудий» (Сборник исторических материалов по истории ККВ, (1737-1801гг.) т.1, СПб, 1896г., стр.183).

Сначала И.В. Гудович предполагал строить Усть-Лабинскую крепость силами батальона егерей, которых он намеревался взять из Ростовской крепости. Кроме того, он намеревался привлечь к строительству крепости Кубанский егерский корпус. По замыслу Ивана Васильевича Гудовича, крепость должна была вмещать два батальона и один эскадрон (Сборник исторических материалов по истории ККВ, (1737-1801гг.) т.1, СПбЛ896г., стр.184). На самом деле, при постройке крепости Усть-Лабинской было привлечено большое число военных и казаков. К работе на постройке Усть-Лабинской крепости привлекались: шестьсот человек рядовых Владимирского драгунского полка, шестьсот человек Таганрогского драгунского полка вместе с бригадиром Беклешовым и с пушками. Первый егерский батальон Кубанского егерского корпуса. Шестьсот человек рядовых Кавказского мушкетёрского полка, с двумя пушками. Семьсот пятьдесят рядовых Казанского мушкетёрского полка.

Семьсот пятьдесят человек рядовых Владимирского мушкетёрского полка.

Казачий полк Давыдова и два орудия полевой артиллерии.

Таким образом, несложно подсчитать, что на постройке крепости трудились в общей сложности четыре тысячи пятьсот человек (Батальон считала по 800 человек).

Для снабжения строителей крепости продовольствием были выделены двести семьдесят фур подвижного магазина, которые доставляли провиант из Кавказской крепости в строящуюся Усть- Лабинскую крепость. 

Справка: фуры подвижного состава это повозки, с запряженными в них волами, которые доставляли продовольствие, строительные материалы, лес, сено и другие материалы, необходимые при строительстве крепости. [6.3.]

 Поселение донских казаков с семьями из донских станиц на     Кубань в 1794-1796 г.г. и до середины  XIX века (линейное     казачество).

«…В январе 1792 года были построены следующие редуты: Кавказский,

Казанский, Тифлисский (Тбилисский), Ладогский (Ладожский), УстьЛабинский, Воронежский, Петровский, Кубанский, Марьинский. Редуты не были заняты войсками из-за отдалённости от Линии (Сборник исторических материалов по истории Кубанского казачьего войска (1737-1801 г.г.), т.1, СПб, 1896 г., стр.135).

Первоначально предполагалось заселить кубанские земли Волгскими и

Хопёрскими казаками. Но 28 февраля 1792 года императрица Екатерина II Повелела генерал-аншефу И.В. Гудовичу переселить на кубанские земли не Хопёрских и Волгских казаков, как предполагалось ранее, а донских казаков. В частности Екатерина II пишет: « на означенных на карте местах населить казаками Войска Донского, считая не менее двухсот семей в каждлй станице, да в Усть-Лабинской четырёхсот» (Сборник материалов по истории ККВ, 1737-1801 г.г., т.1, СПб, 1896 г., стр. 161). Императрица Екатерина, следовательно, выделяла будущую Усть-Лабинскую крепость пусть пока только на бумаге.

В том же Указе сообщалось, что « …для построения в станицах храмов Божьих повелеваем отпустить на каждую по пятисот рублей, а переселяемым выдать на каждый двор по двадцати рублей из экстраординарной суммы, в вашем распоряжении находящейся…» (Сборник материалов по истории ККВ 1737-1801 г.г., т.1, СПб, 1896 г., стр.161). 

Из переписки Ивана Васильевича Гудовича  и Николая Ивановича Салтыкова от 26 июня 1793 года узнаём, что, по мнению И.В. Гудовича, на будущий год необходимо поселить в новых станицах «…прежде восьмисот семей, разделяя таким образом, что при Усть-Лабинской крепости, где положено четыреста семей, - поселить двести, а в других шести станицах на первый случай по сто, к которым на другой год способнее уже будет переселить и остальные» (Сборник исторических материалов по истории

ККВ, (1737-1801 г.г.), т.1, СПб, 1896 г., стр.192)…

Из Рапорта И.В. Гудовича в Государственную Военную Коллегию, от 29 августа 1794 года: «…дал я знать оному правительству, что из вышеописанного отражаемого тысячного числа семей казаков, назначил я к поселению нынешним летом к Усть-Лабинской крепости триста семей, при Кавказской крепости – сто пятьдесят семей, при Прочном Окопе – сто пятьдесят семей, при Тёмнолесском ретранжементе – сто пятьдесят семей и при Воровском Лесе – сто семей» (Сборник исторических материалов по истории ККВ, (1737-1801 г.г.), т.1, СПб, 1896 г., стр.198).

Таким образом, мы видим, что самое большое число поселенцев было принято в Усть-Лабинской крепости, следовательно, по масштабам это была одна из самых больших крепостей Старой Линии..» (6.3).

Автором данного повествования в записках старейшего краеведа и историка Кубани М.И. Петренко были найдены пометки, которые рассказывают о том как назывались районы станицы Усть-Лабинской в начале 20 века: «Кобылянка», «Чирянка» (названия донских станиц Кобылянской , Верхне –Чирянской, Нижне- Чирянской).

Эти топонимы опубликованы на моём сайте «Усть-Лабинский простор» на главной странице (набирать по-русски в поисковиках Яндекса и Гугла). (6.9).

Какими были люди, поселившиеся на благодатной кубанской земле 250 лет тому назад? О чём они думали, мечтали, каков был их быт, обычаи и традиции? Попробуем хоть немного восполнить этот пробел в истории.

Казачий Круг.

Круг – общее собрание казаков, где решались все важные дела. Казаки собирались на площади, размещаясь так: атаман (не моложе 50 лет), за ним старики усаживались на скамеечки, потом женатые казаки, потом неженатые, не моложе 18 лет, а в последних рядах могли присутствовать только жены, сестры, невесты, пришедшие с казаками, но без права голоса. Круг собирался по зову атамана или по удару колокола, если судили атамана. При открытии круга атаман кланялся на 4 стороны: старикам и священнику отдельно. Круг решал хозяйственные, военные вопросы, утверждали учителей, священников, определяли помощь вдовам, сиротам, рассматривали жалобы, творили суд, принимали в казаки иногородних, и исключал из казаков. 

На круге решались вопросы о наказаниях. Наказанный Кругом должен был даже после порки поклониться на 4 стороны со словами “Спаси Христос, что поучили меня братья – казаки, неразумного”. Если казака прощали, тогда кричали “Бог простит, не греши боле!”

Круг мог наказать и даже снять с должности атамана. После наказания казаки кланялись ему в ноги со словами “Прости атаман, что поучили”, атаман в ответ “Бог простит”, но если он так не отвечал, учили снова. Снятый с должности атаман клал наземь шашку, насеку, булаву, кланялся на 4 стороны и становился в ряды простых казаков.

Если Круг не прощал казака, его мог убить любой, т.к. он идет против воли круга. Самое тяжелое наказание – исключение из казаков.

Самые тяжелые преступления: воровство, умышленное убийство, предательство. За воровство привязывали к столбу, каждый проходящий бил палкой, которая лежала здесь же, могли забить и насмерть. Но могли водить на веревке по станице с украденным, а потом отправляли вне очереди на службу. За умышленное убийство хоронили живым вместе с убитым. За покушение на убийство (с кинжалом, шашкой, ружьем) неудачника били артелью, потом отдавали потерпевшему, а тот вел его, привязав ниткой за палец домой, привязывал к плетню, после чего виноватый просил прощения вместе со всей родней, родня же его откупала. Кровная месть была запрещена.

Трусов привязывали к дереву и расстреливали из луков или ружей. Если трус нанес большой урон, привязывали к столбу на площади и прилюдно казнили, но тело предавали земле по-христиански.

За измену казнили, если было возможно, рубили надвое, одну половину тела бросали на сторону врага, другую на своей земле без погребения. В полевых условиях казнь по казачьи – “в куль да в воду” - в мешок или два да еще насыпали туда щебня или песка и бросали в воду. В воду могли посадить временно, до казни. Вешали на якоре на площади за ноги или шею. По приговору Круга могли посадить в колоду, могли отдать дом виноватого на разграбление, а его самого били (случалось такое с казачьими старшинами за обиду, за обдел в добыче, за вранье).

Круг собирался в каждой станице, а еще был главный Круг, всего войска, на который съезжались атаманы станиц.

Казак прежде всего воин, с чем и связан обычай носить серьги, но такой чести удостаивался не каждый. Серьга в левом ухе означала, что он один сын у матери, в правом – последний мужчина в роду, а если в обеих – единственный ребенок у родителей. Как правило, в походах таких казаков, следуя неписаным правилам, старались оберегать, но смерти все же, не всегда удавалось избежать. Когда в мирное время умирал последний казак в  роду, его шашку ломали и клали в гроб. Обычно шашка передавалась от отца к сыну и далее. Обязательно за гробом вели коня под седлом – боевого друга умершего.

Кони

Казаки водили породистых коней, за жеребятами ухаживали, как за детьми. Поэтому такой конь, вырастая, платил хозяину преданностью и любовью: не давался в руки другим, ходил за хозяином. В сабельном бою такой приученный конь лягал и кусал коня врага. Укрытый в лесу или балке, по свисту хозяина бежал к нему, ложился, знал другие команды, не отходил от убитого или раненого на поле боя. Если хозяин погибал, конь никого не подпускал к себе, тосковал, голодал несколько дней.

В боях, в критических ситуациях окруженные врагом, казаки укладывали коней кругом и из-за них отстреливались. Такой прием назывался сбатоваться. Конь шел за казаком в огонь и в воду. Когда казаки уплывали на корабле, бросая коней на берегу, те плыли вслед.

Воспитание казаков.

Приобщали казаков к ратному делу с рождения. Как только в семье рождался мальчик, “на зубок” ему клали стрелу, (потом пулю к ружью) а руке давали потрогать оружие, на 7 день крестили, имя давая по святцам. В 40 дней отец прицеплял младенцу шашку сбоку и возвращал его матери со словами “вот тебе казак”. В 3-4 года посвящали в казаки: собиралась вся родня, мальчика сажали на коня, с шашкой в руке. Отец вел коня по кругу, потом казачонка везли в церковь верхом, служили молебен, чтоб рос храбрым и преданным Богу и Православию. В 5 лет казачата скакали по улице, в 7-8 играли в войну на конях за станицей или хутором. Эти игры поддерживались стариками, атаманом. В 12-13 лет казачата скакали наметом, преодолевая препятствия, могли на коне догнать зайца и убить его нагайкой, владели шашкой, ружьем. С 18-19 лет проходили обучение под руководством опытных казаков, обучаясь специальным приемам: стреляли в цель, рубили лозу шашкой, поднимали на скаку предметы с земли, скакали стоя на коне, зависали на стременах у земли, на ходу спрыгивали с коня, взбирались обратно, перепрыгивали через коня. Экзамен принимал атаман, есаулы, старики..Самым отличившимся вручали богатое оружие, седла, нарядные уздечки. Эти первые награды казаки очень ценили и хранили всю жизнь. Казачья семья

В казачьей семье главой был отец – казак – воин, а последнее слово принадлежало деду. Женщины казачки были в семье равноправными независимо от национальности, т.к. казачка была обязательно окрещенной. Казаки редко обижали своих жен. Казачки имели характер самостоятельный и гордый. О казачках современники писали: 

“Соедините красоту и обаяние русской женщины с красотой черкешенки, турчанки и татарки, да если прибавить бесстрашие амазонок – перед вами портрет истинной казачки”. Казачки выше всего после матери и отца ценили честь, славу, верность, умели постоять за себя, обращаться с конем и оружием, при случае помогали в бою.

В 1774 г. казаки Наурской станицы (Приазовье) ушли в поход, а к станице подошел отряд турок в несколько тысяч человек, начался штурм. Два дня атаки отбивали старики, дети, женщины. Казачки стреляли из ружей и пушек, стоявших на станичном валу, окружавшем станицу. Известен факт – 800 казачек с мужьями 4 года защищали Азов, многие погибли. При таком характере казачку трудно обидеть, но если муж бил ее, то по ее жалобе казак мог получить по решению Круга удары плетью. Круг поддерживал равноправие казачек, потому что от них идет казачий род. За обиды жене казака могли поставить на Круге и заставить просить прощения у жены, если она прощала, то мужа только “учили”, если не прощала (побои, измена) Круг давал ей свободу и она уходила от мужа. На такой казачке мог жениться любой, а вот за “непрощеного или ученого” Кругом, т.е. битого, казачки замуж не шли, и оставались они бобылями. Известен такой факт: еще в 17-18 вв. не только казачку, но и казака могли убить за измену. Казак, с разрешения Круга, мог жениться на ясырке – так называли пленниц, но она должна была дать согласие и обязательно принять православие. За измену мужу казачку могли утопить, или закопать по шею в землю. Если изменял казак, то получал 100 ударов плетьми, или тоже могли утопить. Но было и такое наказание: за прелюбодеяние обрезали платье до колен, что считалось неприличным, и пару водили по станице, а потом прилюдно били плетьми или кнутом на площади, это уже в 19 веке.

Браки в казачьих семьях заключались с согласия невесты и жениха. Девочек воспитывали как хранительниц домашнего очага. До 13 лет они играли с мальчиками в одни игры, даже обучались верховой езде, а потом поступали под опеку крестных и бабок. Их обучали шитью, выстегать узором кафтан или одеяло, приготовлению пищи, вязанию и т.д. Каждое воскресенье они ходили с бабками в церковь на все службы. В 19 веке девочки могли посещать школы по желанию семьи, а учеба дома ограничивалась чтением акафистов и канонов. Только на свадьбах они могли видеться с парнями или на больших праздниках, но под присмотром старших, где танцевали, водили хороводы, пели.

Замужние казачки отличались опрятностью, трудолюбием, сердечностью. В отсутствие мужа казачка обрабатывала землю, косила, воспитывала детей. Но когда муж дома казачка не делала его работу. Дети с раннего возраста приобщались к труду и выполняли посильную работу.

После смерти казака его права переходили к матери, даже если в доме жил сын с семьей. В свободное время собирались и пели песни, псалмы, угощали соседок плодами, закусками, жареными семечками арбуза и тыквы, на посиделках пили вино и медовую брагу, вели степенные разговоры. Если мимо проходил казак, ему приветливо кланялись и предлагали угощение, на что он кланялся им, говорил “Спаси Христос” и принимал угощение. На посиделках, как мужских, так и женских, разговаривать на татарском языке считалось признаком хорошего тона. Возможно, татарский язык пришел на Дон вместе с тюрко-язычными кочевниками, да так на нем и задержался, да и у многих зажиточных казаков в домработницах жили ясырки: пленные татарки, турчанки, черкешенки. В 19 веке эта традиция стала уходить.

С детства у казаков было принято воспитывать почтение и уважение к старшим, за нарушение традиций следовало наказание. Молодежь стыдилась сделать при старике малейшую непристойность, а старец мог не только напомнить об обязанностях, но и наказать, не опасаясь родителей. Самыми гнусными преступлениями считались воровство и обман, а храбрость и целомудрие величайшими добродетелями.

Молодежь не смела садиться в присутствии старших, в семье у каждого были свои обязанности, например: старшая невестка готовила еду, средняя убирала дом и смотрела за детьми, младшая – порядок во дворе и у скотины. Младшие беспрекословно подчинялись старшим. Этими правилами были крепки семьи.

Во многих казачьих станицах казаки отдавали 1/3 дохода на бедных, сирот, стариков, школу, церковь. Причем бедным помогали тайно, чтоб не обидеть человека, и чтоб никто об этом не знал, к этому приучали и детей. (Из истории донского казачества 18 века). 


6.   Список литературы 

6.1.     Архивные материалы Усть-Лабинского историко-краеведческого             музея ( УМ 1475).

6.2.     Забазнов А.Н., Савенко С.М. Усть-Лабинск. Историко-краеведческие             очерки 1794-2014 г.г. – Краснодар: Традиция, 2015. -298 с.; ил. цв.

6.3.     Курятникова Т.М. Усть-Лабинск (История места, от крепости до             города); Историко документальный краеведческий очерк –            СПб., 2018. – 352 с. : ил. цв.

6.4.     Савенко С.М.  Закубанский поход А.В.Суворова. 1 октября 1783 г.,            электронная версия, Усть-Лабинск, 2019.

6.5.     Савенко С.М. История Усть-Лабинской крепости 1792-2020 г.г.            ( по материалам  исследований различных авторов)., Усть-Лабинск, 

           2020 ., (электронная версия с многочисленными иллюстрациями).

6.6.     Феофилактова Т.М. Кубань в русско-турецких отношениях в

            1778-1783 г.г. и А.В. Суворов (научная статья).

6.7.     Усть-Лабинская крепость. Статья В.А. Соловьёва в газете

           «Кубанский курьер» от 20 марта 1993 года.

6.8.     Савенко С.М. Очерк «Основатели Усть-Лабинска»., Усть-Лабинск,

                                    2020. – (электронная версия).

   

Сайт «Усть-Лабинский простор». Странички: «Наша история»,            «Крепость Усть-Лабинская» и «Светлый дар Суворова», (искать в             поисковиках Интернета: Яндексе и Гугле).